Архивы

Выступление митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла на конференции «Права человека и национальная самобытность» ( Москва, 18 апреля 2007 года.) Новые перспективы взаимовлияния мировоззренческой и публичной сфер: соотношение прав человека и религиозно-культурных традиций

Свой доклад, я полагаю, надо начать с вопроса, может ли быть публичная сфера нейтральна к ценностным установкам и ориентирам. Под публичной сферой я подразумеваю деятельность государственных институтов, общественных групп или отдельного человека, которая оказывает влияние на все общество или его часть. Данное определение предполагает, что публичное пространство не может быть нейтральным, так как любая деятельность планируется и реализуется, исходя из определенных идей, целей. Так, законы или политический курс не могут не учитывать тех ценностей, которые существуют в обществе. Тем более, развитие культуры, образования и науки направляется ценностными установками.

Проверкой на прочность любого современного общества является его способность жить в условиях взаимодействия многих ценностных систем. Поэтому становится ясным и очень важным определить место и роль каждой более или менее значимой системы ценностей в публичном пространстве. Это необходимо для стабильности в обществе, потому что публичное пространство располагает средствами в том числе и принудительного воздействия на людей. Что я подразумеваю под этим принудительным воздействием? В своей законодательной и политической деятельности государство устанавливает санкции за неисполнение тех или иных норм. В сфере СМИ или образования используются методы пропаганды и убеждения, выстроенные на основе психологических законов.

Нужно сказать, что воздействие на людей через СМИ и через образование чаще всего связано с неким принятием стандартов мысли и поведения, а также связано с таким понятием, как мода. Мода — это поведенческий стандарт, и никто не может сказать, что мода, стандарты мысли и поведения возникают стихийно. Совершенно очевидно, что они формируются под воздействием в том числе СМИ, которые сегодня имеют огромное влияние на общество. Они предлагают некие стандарты поведения и в них воспитывают молодое поколение. Власть над умами не примитивна, как это было во времена Советского Союза, когда одно запрещалось, другое разрешалось, и люди чувствовали себя несвободными. Возникает вопрос, а правильно ли поступали наши идеологи в Советском союзе? — ответ простой: не правильно. Человеком можно управлять, не вызывая у него чувства протеста, предлагая ему определенную систему мировоззрения. И тогда человек сам будет управлять своими чувствами и своими поступками уже в соответствии с этой системой.

Развитие технических средств учета постепенно ведет к появлению мощной системы контроля за жизнью человека. В этих условиях навязывание ценностей, которых придерживается узкая группа людей, большинству может привести к катастрофе. Выход видится в том, чтобы общество мудро определило, какие ценностные системы могут присутствовать в публичной сфере, а какие могут оставаться только в частной сфере.

Хотел бы проиллюстрировать свой тезис конкретным примером. В январе прошлого года Европейский парламент принял резолюцию о гомофобии в Европе. В частности, в статье пятой страны-члены ЕС призываются бороться с гомофобией в школах, университетах, СМИ, а также административными, юридическими и законодательными средствами. На деле это уже привело к тому, что в публичной сфере некоторых стран люди не могут высказать отрицательного отношения к гомосексуализму. Из-за этого их могут лишить высокого политического поста, как было в случае с Бутильоне, посадить в тюрьму, как это было в случае с пастором Грином в Швеции. Нам известны и другие случаи, когда люди подвергались давлению из-за своих взглядов на гомосексуализм как греховное явление. В подобных ситуациях ценностные взгляды меньшинства навязываются большинству именно через публичное пространство. Было бы правильно оставить свободу выбора своей половой жизни в частной сфере, но нельзя норму таких половых отношений пропагандировать в публичном пространстве как естественную, так как большинство людей с этим не согласны.

Надо признать, что сегодня многие представители западного мира видят эту проблему и многие подобные ей. Например, есть случаи, когда под давлением меньшинства из общественных мест и заведений убирают Рождественские елки, Распятия, а из традиционных поздравлений государственных деятелей с христианскими праздниками пропадают сами названия этих праздников. Есть множество примеров, когда мнение религиозных организаций игнорируется при принятии важных решений, затрагивающих интересы всего общества. Как правило, представители Запада утверждают, что решение этих проблем может быть достигнуто только с помощью прав человека. При этом к правам человека никакие другие ценности не добавляются. После 1991 года мы, граждане России и других стран СНГ, получили возможность не только наблюдать за применением прав человека в странах Запада, но и приобретать собственный опыт в их реализации. Наш опыт показывает, что перечисленные выше проблемы не решаются, а даже, наоборот, усугубляются, если права человека становятся в обществе единственной ценностью.

Если права человека оказываются единственной ценностью в обществе, то они оборачиваются диктатом, как я показал это на примере требований сексуальных меньшинств. Однако это отнюдь не значит, что наш опыт принципиально отвергает права человека. Наоборот, мы полагаем, что механизм прав человека должен поддерживаться и развиваться, ибо он помогает выстраивать правильные отношения между государством и обществом, между человеком и человеком. Он кладет предел всесилию государственной машины, а также внушает каждому уважать другую личность. В прошлом году Всемирным русским народным собором была принята Декларация достоинства и прав человека. В ней говорится о необходимости развивать правозащитную деятельность, обращая внимание на проблемы и потребности простых людей. «Мы готовы к сотрудничеству с государством и со всеми благонамеренными силами в деле обеспечения прав человека. Особыми областями такого сотрудничества должны стать сохранение прав наций и этнических групп на их религию, язык и культуру, отстаивание свободы вероисповедания и права верующих на свой образ жизни, противостояние преступлениям на национальной и религиозной почве, защита личности от произвола властей и работодателей, попечение о правах военнослужащих, охрана прав ребенка, забота о людях, находящихся в местах заключения и социальных учреждениях, защита жертв деструктивных сект, недопущение тотального контроля над частной жизнью и убеждениями человека, противодействие вовлечению людей в преступность, коррупцию, работорговлю, проституцию, наркоманию, игроманию».

Однако мы понимаем, что права человека могут быть эффективны только тогда, когда в обществе поддерживаются и другие ценности, которые имеют не меньшее значение для большинства общества. В той же Декларации Всемирного русского народного собора говорится на этот счет следующее: «Существуют ценности, которые стоят не ниже прав человека. Это такие ценности как вера, нравственность, святыни, Отечество. Когда эти ценности и реализация прав человека вступают в противоречие, общество, государство и закон должны гармонично сочетать то и другое. Нельзя допускать ситуаций, при которых осуществление прав человека подавляло бы веру и нравственную традицию, приводило бы к оскорблению религиозных и национальных чувств, почитаемых святынь, угрожало бы существованию Отечества».

На наш взгляд права человека как безусловная ценность должны согласовываться с другими не менее значимыми ценностями: духовностью, нравственностью, любовью к Отечеству. Эта идея была заложена еще во Всеобщей декларации прав человека, но затем выпала из поля зрения политиков. Так в статье 29 в пункте 2 говорится: «При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе». Таким образом, во Всеобщей декларации заложена идея, что права человека не могут быть абсолютной мерой, а должны согласовываться с рядом других ценностей.

Наш тезис о других ценностях не надо понимать как призыв к произволу государства или общества в отношении личности. Наоборот, это призыв к учету в государственной и общественной жизни того, чем живет большинство личностей. Следовательно, в публичной сфере не должно появляться ничего такого, что оправдывалось бы правами человека и не учитывало эти ценности. Конечно, нельзя найти консенсус в ценностной сфере абсолютно со всеми силами общества, но можно его достигнуть с большей частью общества. Поэтому политическое значение дискуссии о правах человека, начатой Русской Православной Церковью, состоит не в желании устранить права человека из общественной жизни, а в стремлении продвинуться к созиданию реальной демократии не только в России, но и в мире. Реальная демократия означает слышание и следование голосу большинства граждан, прежде всего в отношении ценностей.

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться для отправки комментария.